Бог: собрание антиномий

29.01.2016 / / Мнений — 178 / Статей — 17 / Дата регистрации — 10.10.2015

Предисловие

Эта работа о Боге. Просто о Боге. О том, «каким я Его вижу». Когда я её писал, я не ставил себе целью создать «с нуля» законченную «богословскую систему». Я просто хотел упорядочить, осмыслить и обобщить свои представления о Нём. Сделать это я хотел давно, но как-то всё не получалось. Слишком неподъёмная была для меня тема. Поэтому сперва пришлось провести некоторую «предварительно-подготовительную работу».

Сперва я делал «заходы» в виде коротких «постовых» размышлений. Дискутировал в «обсуждалках» в «Назад к Евангелию» и “Экс-Фарисее”. Пытался даже сформулировать своё «исповедание веры». Получалось нечто очень сырое и очень сомнительное. Через какое-то время, когда мне показалось, что я дозрел до «решительного штурма», до более менее связно сформулированной «рабочей гипотезы», были написаны и выложены несколько статей, в которых мои «думы о Боге» излагались «блоками», отдельными «кусками», в хронологическом порядке их формирования.

И вот, видимо, к концу написания последней статьи «исполнились сроки», и стала очевидной необходимость создания обобщающей работы, в которой из этих отдельных, разрозненных «блоков», как кусочков мозаики, была бы составлена единая, цельная картина, доступная для охвата «одним взглядом».

Вводные размышления

1

О Боге за всю историю существования человека наговорено и написано столько, что что-то принципиально новое, наверное, «придумать» в области мирового «богословия» и «духоведения» уже вряд ли возможно. Анимизм, пантеизм, монотеизм, политеизм, их бесчисленные варианты, виды и подвиды — всё к услугам заинтересованного человека. Нет ему нужды мучиться и «изобретать велосипед», нужно просто выбрать из уже существующего «многообразия религиозного опыта» то, что ему по сердцу.

Однако, по моему мнению, выбирать по сердцу нужно с умом. Это касается любого человека, а особенно христианина, которому заповедано всегда быть готовым дать отчёт о своём уповании. Но как можно дать «отчёт об уповании» «требующему», если мы не можем дать его самим себе? Если мы просто «верим в Бога», не задумываясь, почему мы верим именно так, а не иначе, не осмысливая своей веры, потому что она диктуется нам «сверху» мощной, устоявшейся традицией, потому что так нас учили с детства? Наша вера есть ли наш выбор, есть ли наша вера, если мы тупо зазубрили данный нам символ веры и кое-что из катехизиса, аккуратно вычитываем полагающиеся молитвенные правила, когда приходит время очередного поста постимся, и регулярно посещаем богослужения по воскресным дням и великим праздникам? Если нам внушили, что «шаг влево, шаг вправо» от принятого в нашей конфессии исповедания считается за отклонение от «Истины, открытой нам Самим Богом», приравнивается к ереси и карается «расстрелом» (вечной погибелью)? Можно ли назвать такую веру нашим свободным выбором, можно ли назвать её живой, а Бога такой веры живым Богом? Думаю, что нет.

Какой «отчёт о своём уповании» могут дать такие «верующие», когда жизнь сталкивает их с зловредными, исполненными чувством собственной правоты атеистами, или кришнаитами, или ещё какими-нибудь мормонами, которые бесцеремонно начинают задавать «трудные» вопросы о Боге («как ваш Бог мог…», «если Он есть, то почему…»), тыкать «противоречиями в Библии», рассказывать им о «чёрных пятнах» и «белых пятнах» в истории их конфессии («разве такая церковь может быть истинной, разве такие люди могут быть истинно верующими христианами!?»)?

Да и без атеистов возникают проблемы. Что могут ответить бездумно верующие самим себе, когда жизнь будет (а она скорее всего будет) заводить их в различные соблазнительные ситуации (как комические, так и трагические), которые ну никак не будут «вписываться» в катехизис, когда перед ними встанут вопросы и задачи, на которые у «отцов» не прописаны типовые ответы и решения?

А научные открытия? На сегодняшний день учёные доказали и опровергли почти всё: и что Бог есть, и что Его нет, и что мир кто-то сотворил, и что его никто не творил; и что душа есть, и что её нет…

И вот, видя, что «пошла такая пьянка»:

  • кто-то из верующих начинает наглухо закрываться от всей этой «прозы жизни», упрямо игнорировать реальность, зарывая голову в песок, просто не думая обо всём этом.

  • кто-то кроет всех еретиками и посылает в ад.

  • кто-то разочаровывается, и теряет веру.

  • ну а кто-то, не желая ни убегать от «жестокой реальности», ни терять веру, начинает думать о Боге, пытаясь честно во всём разобраться, стремясь найти заложить основания своей веры на камне, который ни дождь не размоет, ни ветер не разметает.

Последний путь самый трудный, самый проблемный. Но он мне видится единственно верным. И я предлагаю ступить на него.

2

По моему мнению, верить слепо, верить бездумно, есть оскорбление человеческого достоинства. Оскорбление и унижение образа Божия в человеке. Потому что мы сотворены зрячими, сознательными личностями, а не животными индивидуумами, не имеющими свободы воли и управляемыми своими инстинктами и рефлексами. Потому что есть Бог, и есть мы. И мы — пребываем пред Ним. И мы делаем выбор. Каждый должен его сделать, потому что Бог сотворил нас свободными и мыслящими. Наверное, только в этом у нас нет выбора…

Богу нужны мы. Ему нужна наша свободная воля и сердце. Ему нужна наша мысль. А не многосложные навороты «предания». Не чужие мнения. Не сборник цитат св. отцов. И не сборник молитв на все случаи жизни.

Может быть, я ошибаюсь. Может быть. Но не могу я тупо верить в то, что видится мне заблуждением. Я не могу верить в такое даже тогда, когда мне сулят за это ад. Богу не нужны рабы. Ему нужны друзья. Я принимаю ответственность за свой выбор. Господь мне судья, Он видит, что мои ошибки, если они есть не злонамеренные. Он разберется.

«В искреннем сомнении может быть больше веры, чем в произносимом каждое воскресенье Символе веры, который не защищает от ересей. Ведь во что верят эти так непоколебимо уверенные «верующие»? Часто больше в ритуалы и церемонии, явления и пророчества, чудеса и тайны, чем в живого, удивляющего, беспокоящего Бога, который не идентичен преданию и обычаям, всему удобному и безопасному» (Г. Кюнг «Христианский вызов»).

3

Человек всегда стремился «познать Бога». Выяснить, что Он из Себя представляет, каков Он, из «чего» «состоит», добрый Он или злой, личностен, или безличен, множественен или един, был Он всегда, или когда-то Его не было. Человеку присуще желание составить о Боге какое-то ясное представление. Определить Его. Хорошо это или плохо? Точно не знаю. Но думаю, что такое стремление таит в себе определённую опасность — опасность подмены Бога представлением о Нём.

«Владыкой Южного Океана был Поспешный, владыкой Северного Океана был Внезапный, а владыкой середины земли был Хаос. Быстрый и Внезапный время от времени встречались во владениях Хаоса, а тот принимал их на редкость радушно. Быстрый и Внезапный захотели отблагодарить Хаос за его доброту.

“Все люди имеют семь отверстий, благодаря которым они слышат, видят, едят и дышат, – сказали они. – Только у нашего Хаоса нет ни одного. Давайте-ка продолбим их в нем”. Каждый день они проделывали одно отверстие, а на седьмой день Хаос умер». (Чжуан цзы).

Вот такая грустная «притча о Хаосе». Древнекитайский даосский мудрец рассказывает нам, что может произойти, если мы от «пассивного» созерцания, от проживания чего-либо, переходим к его активному интеллектуальному познаванию (исследованию).

Когда человек просто созерцал, непосредственно воспринимал некую первичную неразделённую Реальность (в нашем случае это Бог), просто пребывая в ней («находясь у неё в гостях»), то всё было хорошо. Но вот в какой-то момент он решил «выйти» из неё, стать вне её, чтобы исследовать её путём «расчленения» на составляющие и их анализа (с последующим синтезом), и определить в категориях, с помощью своих «владык» (разума и чувств). И живая Реальность (Бог) для него исчезла. Умерла. Остались лишь «дырки от бублика» (мертвые «понятия», «категории», «определения»). Мудрец предупреждает: не нужно слишком усердно исследовать «строение» Бога. Ведь «разобрав», «познав» и «поняв» Его, мы приобретём «знания» о Нём, но Его самого, живого, мы можем потерять. Он ускользнет от нас, оставив нам красивую, блестящую, но безжизненную «конструкцию» из категорий.

Поэтому, не отвергая познание как таковое, нужно быть осторожными. Нужно понимать, что «категориальные знания» о Боге не есть сам Бог. Что живой, непосредственно воспринимаемый Бог отличается от своего «аналитического слепка».

Однако мне кажется, что в христианском богословии именно это и произошло. Христианское богословие, дитя эллинского философского гения, говорившее на греческом языке, мыслившее категориями платоников и неоплатоников, разложило цельного, живого еврейского Яхвэ на «детали» («ипостаси», «сущности» «энергии»), сконструировало из них чётко структурированную «систему» («Триединый Бог-Троица»), обозначило характеристики каждой «детали» по отношению к друг другу («нерождённость», «исхождение», «рождение»), определило, какая «деталь» что из себя представляет («трансцедентная безличностная сущность», «личностные ипостаси»). Оно исследовало и зафиксировало каждый нюанс и положение во времени и пространстве этой системы, отточило её до совершенства. И получился такой себе абстрактный образ «христианского Бога», который и был догматизирован на веки вечные.

И к чему это привело? Люди с удовольствием взяли эту систему на вооружение. Они свободно используют все эти категории в своих рассуждениях о Боге, и думают, что действительно понимают, что есть Бог, и думают, что они действительно знают, что такое Бог. Хотя на самом деле они «понимают» и «знают» только эти свои категории, «продукты своей собственной мысли». Самого же Бога за ними не видно…

Критика абсолютной трансцедентности Бога

1

Боже, Боже. Если бы меня спросили, что Ты есть в моей жизни, что Ты есть для меня, то я бы ответил, что Ты для меня есть Проблема. Большая Проблема. Я всё время «решаю» Тебя, и никак не могу решить. Я всё время разбираюсь в Тебе, и никак не могу разобраться. Ты каждый раз отгадываемая, но не отгаданная полностью загадка. Ты вновь и вновь изведанная, но «недоведанная» до конца Тайна. Я пытаюсь поверить в Тебя так, что бы мочь приказать горе сдвинуться, но никак не могу дорасти до такой веры. А ведь Ты говорил, что такая вера есть всего лишь исчезающе малое горчичное зёрнышко. Тогда отсутствие даже такой «малой веры», не есть ли неверие? Может быть я пока и не верю в Тебя по настоящему, а просто хочу поверить?

Помню, как прочитал у А. Сурожского, что, прежде чем молиться Богу, нужно добиться того, что бы реально ощутить, что Он рядом с тобой, точно также, как ты «ощущаешь» близость своего соседа по квартире. Я был поражён. Это начало!? Да это же высший пилотаж! Как можно относиться к Богу, как к своему соседу? Кто осмелится на такое? Кто осмелится сказать, что он ощущает Бога именно так? Ведь Бог — это нечто невероятно запредельное, трансцедентное по самое «не могу». Бог, это настолько, настолько… Слов нет, насколько. И лишь святые могли общаться с Богом вот так запросто, да и то не постоянно. Только избранные, искоренившие в себе неустанным круглосуточным подвигом не только грехи, но и тени прилогов, могут взять, и просто поговорить с Ним. А чтоб мне, простому грешнику, возомнить, что я способен так же, что мне тоже можно… В то время такой подход хоть и очень привлекал, но явственно попахивал для меня как минимум гордыней, а то и полноценной прелестью. Я опасался позволить себе такое панибратство.

2

Вспомним, описание абсолютной трансцедентности Брахмана, «Бога в себе»: «Бог «как таковой», Бог «в Себе», абсолютно сокровенен для нас. Бога «как Он есть», мы не знаем, и никогда не узнаем. Он — сверх всего, что доступно нашему познанию. Про сокровенного, трасцедентного Бога мы не можем сказать, что Он «такой-то», или «такой-то». Мы ничего не знаем про Него, мы ничего не можем сказать про Него. Он есть даже не «Он», есть даже не «Бог», а скорее неопределённое «Оно», «Божество». Бог есть — «Предельно Отсутствующее», «божественное Ничто». Чистый знак вопроса. О Нём нельзя сказать, личностен Он, или безличностен, Троица Он или Единица. Он не личностен, ни безличностен, Он ни множественен, ни един, Он ни то, ни другое, ни совокупность того и другого. В самом Себе Он сверх всего этого, и сказать о Нём ничего такого мы не можем».

Причина такого отношения к Богу, конечно, самая что ни на есть благочестивая: не дай Бог, не принизить Его, не приблизить Его, не сделать слишком земным, человеческим, понятным и доступным, наподобие языческих богов.

Но вот вопрос: кому и за каким нужен такой трансцедентный Брахман? Что с этим «непознаваемым божественным ничто» делать? Как Его любить? Как Ему молиться? Может быть, я погорячился, и перегнул палку? Все эти мои рассуждения о «Божестве в себе», о «Боге явленном» мне нравятся. Они изящные и логичные. Но любая теория должна «работать». В нашем случае, любые представления о Боге должны помогать человеку идти к Богу, соединяться с Ним. И они должны объяснять и устранять какие-либо «эмпирические противоречия». Причём не только на бумаге, но и реально. Моя же красивая теория, я чувствую, мне как-то не особо помогает соединяться с Богом. Скорее, наоборот. И всех этих запуток с одновременной божественной троичностью и единостью она не устраняет.

О «божественном Ничто» интересно размышлять, но как с ним общаться? Как с ним «жить»? Моя теория ответа не даёт. Точнее, даёт отрицательный: никак. Что можно поделать с «ничто»? Либо забыть о нём, либо попытаться раствориться в нём, как в нирване.

Ну а троичность? Не знаю, как дело обстоит у других, но когда я ощущал присутствие Бога, или замечал последствия Его, скажем так «воздействий» на «матрицу», я никогда не мог определить, Кто это был: Отец, Сын, или Св. Дух, или они (Он) все разом? А к кому обращаться в молитве? К кому-то конкретно, или ко всем вместе? И если не ко всем, то к кому, когда и по какому поводу? Не знаю. Моя теория ответа не даёт. На практике я обращаюсь в молитве или просто к Богу, и при этом какая-либо «троичность» пропадает, перестаёт существовать для меня, или конкретно к Господу нашему Иисусу Христу. Молиться отдельной ипостаси не то чтобы не могу, но не понимаю зачем. Бог, Он и есть Бог, Ему и молюсь…

Опасно «перебрать» с трансцедентностью. Может накопиться усталость от «недоступного Бога», который, как Винни Пухов мёд, «очень странный предмет»: «Он то ли есть, но Его сразу нет». К тому же получается, что вся эта система «проявленных» и «не проявленных», «троичных» и «единых» «божеств» где-то там, сама по себе. А я здесь. И тоже, что характерно, сам по себе.

3

Может быть, трансцедентность Бога не такая «зашкаливающая»? Точнее, может быть, она просто иного рода, и выражается в другом и по другому? Может быть, Бог не совсем такой, каким Он описан в православном «Катехизисе», и каким мы Его себе представляем? Например: может, Он гораздо ближе к нам, чем мы думаем? Трансцедентность трансцедентностью, но может, не стоит благочестиво обрекать Его на абсолютную изоляцию от Его же творения?

Оригинальный, пересмотр традиционной христианской «божественной парадигмы» сделал в «Матрице» Вячеслав. В частности, в ней была изложена «апология божественных антропоморфизмов», встречающихся в Библии. Эти антропоморфизмы выглядят более чем сомнительно, если мы применяем к Богу «представления об Абсолюте греческой философии». Но Вячеслав, посмотрев на них свежим взглядом, пришёл к выводу: «опыт Бога от создания и функционирования творения в условиях свободы, может менять Персоны (они даже могут огорчаться, гневаться и радоваться), и, через Них, может корректироваться сам Принцип (Сущность Бога). Хотя это не будет совершенствованием в полном смысле этого слова. Это совершенствование не приведет к изменению природы чистого духа или нетварной субстанции, но приведет к совершенствованию будущих процессов творения. И если мы – по образу и подобию, то может у Бога тоже есть орган для радости? И то, что Бог с удовлетворением отмечал результаты каждого дня творения, это не примитивный антропоморфизм, но свидетельство того, что Он изменялся (развивался), глядя на результаты своего творения, и испытывал удовлетворение от этого»?

В своё время мне показалось сомнительным такое «приопускание» представлений о Боге. Потому что Он получался каким-то изменчивым, не совсем абсолютным, не совсем трансцедентным, и даже не совсем христианским.

Но сегодня я в этом не уверен. Сегодня такое видение Бога представляется мне скорее языческим, чем христианским. Хотя и упаковано оно в христианскую оболочку.

Ведь христианские представления о Боге тем и отличаются от языческих, что христианский Бог не только трансцедентен, но и не имеет между Собой и миром (людьми) каких бы то ни было посредников. Сам Абсолют, Сам «неведомый» в язычестве Бог непосредственно управляет миром, активно участвует в жизни человека. Он Сам заботится и управляет Своим творением. Более того, несмотря на всю свою трансцедентность, иудео-христианский Бог не просто имманентен, Он даже «антропоморфен»: Он радуется, гневается, печалится, разочаровывается, любит…

Идею абсолютной трансцедентности Бога должна быть «забракована» хотя бы потому, что она полностью отрезает Его от нас, и от творения в целом. Такой Брахман, надмирный, ни для кого недоступный, безликий, пассивный и от всего отстранённый, никак не связан со Своим творением. Абсолютная трансцедентность требует абсолютного незнания, соответственно, мы не можем знать, личностен Абсолют, или безличностен, един, или множественен; мы не можем даже знать, есть Он, или Его нет. Его вполне может и не быть, вот в чём прикол, и мы никак не можем ни доказать это, ни опровергнуть, и это ничего не меняет в наших с Ним отношениях. Никакая религия, никакая молитва, никакое соединение невозможно с абсолютно трансцедентным «божественным ничто». Об Абсолюте, о «неявленном божестве» можно думать, размышлять, но как молиться тому, что в принципе недоступно, чего от него можно ожидать?

Эта полная и неуничтожимая отстранённость Абсолюта от Своего творения естественно требует наличия «второго бога»: «божества явленного», «управляющего менеджера», «смотрящего демиурга», который будет посредником между человеком (миром) и извечно недоступным трансцедентным божеством. Этот демиург и является активным распорядителем всего «вселенского хозяйства», которому даны все права и полномочия. Не в силах дотянуться до запредельного божества, именно с ним — и только с ним! — человек и имеет дело, ему, а не Богу он молится, с ним, а не со Всевышним он связывает свои надежды и чаяния. «Демиург» является «образом божественного ничто», он являет его человеку.

В моём варианте «теогонии» место «божественного ничто» занимал Отец. Его я отождествлял с непознаваемым Божеством «в себе». На место «демиурга» я ставил Сына. Ведь Сын являет Отца, и только через Сына мы можем Его познавать. Где-то рядом «плавал» св. Дух, природу и «функции» которого я не мог чётко себе представить.

Что ж, на мой взгляд, такое представление о Боге мало чем отличается от индуистской (к примеру) концепции трансцедентного безличностного Брахмана и являющего его личного творящего бога Брахмы.

«Божественное Я»

1

Итак, как же нам, не нарушая абсолютную трансцедентность Бога, проистекающую из Его нетварной природы, ощутить Его «имманентно», «приблизить» к людям, увидеть Его «живым», действующим, полноценно активным участником нашей жизни и жизни мира? Как в Нём может совмещаться несовместимое? Каким образом, при каких условиях, два этих «божественных полюса» (трансцедентность и имманентность), не будут взаимоисключать и подавлять друг друга, а наоборот, смогут гармонично объединиться во Всевышнем?

А что, если для ответа на этот вопрос, нам нужно заглянуть в самих себя? Может быть трансцедентная имманентность Бога каким-тоонео образом аналогична нашей? Ведь мы — Его образ и подобие.

В своё время, пытаясь ответить на вопрос «кто (что) есть я?», пытаясь «ухватить» свою собственную «суть», я понял, что однозначно могу утверждать лишь одно (внимание!): что я есть. Попытки же определить, что я есть, окончились сокрушительной неудачей. Я мог определить себя лишь «апофатически»: «не то, не то». Я не есть тело, хотя присутствую (проявляюсь) в нём (через него). Тело моё, но не есть я. Я мыслю, я желаю, я чувствую, но я не могу отождествить себя с этими тремя центрами моей психики. Психический аппарат мой, он принадлежит мне, но он не есть я сам. Я не есть моё сознание. Я сознаю себя и окружающий меня мир, сознание моё, но и это не есть я сам.

Так, последовательно проходя через все эти «разотождествления», я пришёл к выводу, что «я сам» есть то, что не это всё. А что же есть «я сам»? Уловить самого себя, определить свою собственную сущность я не смог. «Я сам» остался для себя «безымянным». Наверное, нет ничего более близкого человеку, чем он сам. И нет ничего более непостижимого для человека, чем он сам…

Этот мой давнишний опыт, как мне кажется, перекликается с моим сегодняшним видением Бога, помогает понять, как в Боге могут сочетаться трансцедентность и имманентность. Ведь про Всевышнего тоже можно сказать лишь что Он есть, но определить, что Он есть по сути невозможно.

2

Можно ли считать идеологему «божественного Я» христианской? Думаю, что да. По моему мнению, именно «Себя как такового», «Себя Самого», и открыл Бог Моисею. А в ортодоксальном богословии «божественное Я» воплощено в образе Бога-Отца.

В индуизме, где как «в Греции, есть всё», этот «я сам» называется «Атманом». «Атман» является возвратным местоимением от «сам», и переводится как «я сам», «сам себя», «самость», «сам». И, по моему мнению, если и существует что-то похожее по смыслу на библейское «Я есть», то это индуистский «Я сам», «Атман».

«Атман (букв, возвратное местоимение «себя») – абсолютный субъект, никогда не могущий стать объектом. Тело – не атман, не истинное Я, поскольку можно сказать «мое тело». Не могут быть атманом также мысли, чувства («я чувствую», «мои мысли» и т.д.) и другие эмпирические составляющие психосоматической целостности личности. Тот, кто говорит «я», и есть атман. Его нельзя познать обычными способами и нельзя описать: будучи всегда субъектом, всегда познающим и никогда – познаваемым, он может быть определен только отрицательно – «не то, не то» (нети, нети)» (Е. Торчинов, «Религии мира»).

Атман абсолютно трансцедентен, но он совершенно точно есть (буддист со мной, конечно, не согласится). Он существует, но он неуловим, и определяется лишь отрицательно: «не то, не то». Он во всём, и обладает всем, но сам не отождествим ни с чем.

В индуизме атман разделяется на человеческий, и божественный. Правда, в конечном итоге оказывается, что это разделение иллюзорно, и порождается «неведением». А на самом деле это один и тот же божественный Атман (это выражается знаменитой формулой «ты есть то»).

Как христианин я, конечно, не могу с этим согласиться. Для меня качественное различие божественного и человеческого «я» непреложно. Поэтому термин «Атман» лучше оставить за «божественным Я». А для человеческого подобрать что-нибудь другое. Например: «ахамкара», означающее тоже самое: «я», «я есмь», «самость», «эго». Собственно, ахамкара в индуизме есть тот же самый атман, но находящийся в неведении о том, что он есть на самом деле не что-то «другое» а тот же самый божественный Атман, то есть ещё не осознавший своё с ним сущностное единство (прошу прощения за корявое изложение).

Таким образом, в «системе Бог» Атман является Его сущностным ядром, Его «божественным Я». Атман — это «Он Сам», это «есть Тот, Кто есть». И нет ничего более запредельного человеку, чем Сам Бог. И нет ничего более близкого ему…

«Душа Бога»

1

Продолжая нашу аналогию с человеком, мы можем предположить, что у Бога также есть нечто, что можно соотнести с человеческой душой («дживой»). У Бога есть «душа», в которой (через которую) Всевышний, не будучи отождествляем с ней, проявляется (присутствует) целиком и полностью. Эта «душа» нетварна, она есть «дыхание божественного Я», в котором присутствует Он Сам.

В христианской мысли «душа Бога» предстаёт нам в образе Св. Духа, испускаемого Отцом.

В индуизме на роль «души Бога» вполне подходит Прана. Прана переводится как «дух», «дыхание», «энергия», «жизнь». Прану можно назвать калькой греческой «пневмы».

Я затрудняюсь чётко расписать «состав» «божественного Духа». Что из себя представляет «душевный аппарат» Бога? Действительно ли у Бога, как и у человека, есть ум, воля, эмоции? Действительно ли божественный Атман мыслит, ощущает, сознаёт, познаёт самоё себя через свой Дух?

Так это, или нет, но, во всяком случае, мне кажется, что с помощью концепта «душа Бога» хорошо объясняются пресловутые «антропоморфизмы». Именно через Свою Прану Бог чувствует, мыслит, желает, радуется, гневается. Прана есть «поле», в котором проявляется божественный Атман. Это не Он Сам, но это Он в Духе.

Итак, в «системе Бог» Прана является «душой Атмана», «дыханием Бога», «полем», в котором (через которое) проявляется (реализуется) Атман (божественное «Я»).

2

Может ли божественный Атман существовать сам по себе, вне Своей Праны? Здесь я колеблюсь. Точно можно сказать лишь одно: в нашем восприятии нет, не может.

Не является ли человеческое «я», оторванное от своей души-дживы пустой абстракцией? Я могу осознавать себя лишь уже мысля, чувствуя, желая, созерцая, то есть активно проявляясь в своём психическом аппарате. В отрыве от него моя ахамкара превращается в «ничто». Посредством души я познаю сам себя.

Так и божественный Атман без Праны есть абстракция. По крайней мере, для нас. Без (вне) Своего Дыхания Атман для нас превращается в «божественное ничто», в Брахмана. Мы можем воспринимать Его лишь как Атман, как уже сознательную (самосознающую Себя) Личность, действующую, желающую творящую. То есть мы воспринимаем Отца лишь в Его Духе. Точнее говоря: лишь в Духе Он для нас Отец. А вне Духа, это лишь безличная, бессознательная, может быть и не существующая(!) трансцедентная божественная «Сущность».

Комментарий Вячеслава: «Василий Великий как-то сказал, что если убрать внешние проявления (феномен), то сущности может и не быть (ноумена). Вполне возможно, что сущность, как принцип вещи или Бога не существует». Я согласен с этим. В ортодоксальном богословии понятие «божественной Сущности», соотносится с индуистским «Брахманом». Если мы искусственно «изымем» Атман (Отца) из Праны (Духа), то Он исчезнет для нас как «Атман», как живой, «реальный» Бог. Он превратится в Брахмана (Сущность), в «принцип, в «идею», в отвлечённую абстракцию, о которой можно лишь размышлять.

Теоретически можно предположить, что Атман существует и вне Своего Дыхания, в образе Брахмана. Но я против такого предположения. Ведь если мы допустим такое, то это бесконечно удалит Самого Бога от нас, перенесёт Его в недосягаемый для нас запредел. А общаться нам опять-таки придётся не с ним, а с неким «явленным» посредником. И кто бы он ни был, это посредник: «Сын», «ипостась», «образ», «Брахма», я этого не хочу. Не хочу «через кого-то», не хочу «в чём-то». Хочу, чтобы со мной общался (пусть и в веянии Своего Дыхания) Он Сам, Тот, Который есть.

Поэтому, даже если выше явленного в Пране-Духе Атмана-Отца есть ещё и извечно недоступный нам Брахман-Сущность, мне это неинтересно. Хотя бы потому, что какой мне с этого, грубо говоря, прибыток? Есть ли Он, нет ли Его, это никак не влияет ни на мою жизнь, ни на жизнь мира. Между нами воздвигнута непреодолимая трансцедентно-агностическая стена, и даже если Брахман и есть, никому от Его бытия (или небытия) ни холодно, ни жарко.

Божественное единство

Конструкция «Атман плюс Прана» (или, если угодно, «Отец-Я плюс Дух») не только позволяет увидеть Бога одновременно и трансцедентным, и имманентным, гармонично соединить в Нём в непротиворечивом единстве два «божественных полюса», но и ответить вопрос о единстве Всевышнего.

Комментарий Вячеслава: «Но тут путанница «до помутнения мозгу» для простого человека. Кто к Моисею обращался? Сама сущность? Или Отец? Или Сын? Или Все Втроем?». Эти слова зацепили. Как это характерно! Мы с умным видом рассуждаем о сущности, ипостасях, энергиях, благодати, и проч. Но даже на такой простейший вопрос мы ответить не можем. Сколько путаницы вносит вся эта «множественность в единстве», и не только для простого человека. Что уж тут Моисей, когда на вопрос, к кому обращаться в молитве, у нас нет однозначного ответа. Эти мысли я озвучил в комментариях к статье Вячеслава «Кто исполнитель?»: «И из самого поста, и из комментариев я делаю следующий вывод: всё-таки какую-бы то ни было троичность человек понимает и принимает лишь умом, теоретически. Мол, «это не три бога, а один, а просто ипостаси разные, а сущность одна», и проч. Но когда дело доходит до практики, до жизни, человек стремится всё свести к «одному». И это факт. Бог один, и молиться можно лишь Ему». Вячеслав, чтобы выйти на это единство, «сводит» всё «божественное множество» в Христа, и предлагает молиться только Ему (впрочем, это не означает, что он считает отдельные молитвы Духу или Отцу недопустимыми). Мне такое решение видится не совсем доработанным. Оно рождает вопросы, на которые (у меня, по крайней мере) нет ответов.

12345Так кто же явился Моисею? Сущность? Отец? Сын? Или «все втроём»? Сейчас этот вопрос мне кажется немного забавным. Ведь это тоже самое, что спросить: а кто явился полчаса назад моей жене, и спросил, что сегодня на ужин? Моя сущность? Моя ипостась-личность? Или моё тело? Явился «сам я» (ахамкара). Ну и совокупность всего вышеперечисленного тоже приползла. А куда она без меня :))

Так и Моисею, явился в Своём Духе «Сам Бог», самосознающий, личностный, божественный Атман, божественное «Я».

Вообще, неправильно, на мой взгляд, рассуждая о Боге, «делить» Его на «составляющие», и не «раскидывать» эти «составляющие» по разным «уровням». Бог, каким бы Он там ни был, «целостен», «целокупен», и я считаю неверным какую-то одну Его «часть» мыслить трансцедентной («сущность»), а другую имманентной («ипостаси», или «энергию»).

Божественное множество

1

Честно говоря, будь на то моя воля, то разделом о единстве Бога я и закончил бы эту статью. Потому что лично мне вполне достаточно Бога как «системы Атман-Прана». По моему мнению, единство и абсолютность Бога не нуждается ни в троичности, ни в двоичности, ни в какой-либо ещё множественности. Ни мне, ни Ему (прости, Всевышний) не нужно всё это: ни «сущности», ни «ипостасей», ни «энергий».

Как сложность несовместима с простотой, так множественность Бога, хоть ты тресни, несовместима с Его единством. Даже если их пытаются совместить в виде некоей «триединости». Теоретически я, конечно всё понимаю. Теоретически эта «триединость» выглядит складно и убедительно. Но реально, практически, она крайне противоречива, и вызывает у меня кучу вопросов. В частности:

  • в каком «виде» Бог является людям: в виде одной из ипостасей? Сразу в трёх? В виде Сущности в энергиях? Или сразу во всём? Как они вообще действуют? Вместе, отдельно, или могут и так, и так?

  • кто из них «главный?»

  • кому, и в каких случаях молиться?

  • если Отец есть ипостась, значит, есть и Тот, чья Он ипостась? Гипотетическую «Сущность» в качестве ответа не предлагать.

  • и главный вопрос: зачем вообще это надо?

Всё, что я читал об этом, мутно, противоречиво, и притянуто за уши. Поэтому я думаю, что теория «Троичный Бог» понадобилась в своё время греческим богословам не для ответа на вопрос, «что есть Бог?», а для ответа на вопрос, «что есть Христос?».

Три субъекта, три божественных «Я» не могут быть единым Богом. Три «Я», это трибожие, и как тут ни напирай на их единство в «сущности», положения это не спасает. Ведь «сущность» то непознаваема. Даже бытие этой «сущности» под вопросом. Значит, и единство ипостасей непознаваемо, и по факту его нет. В действительности мы имеем три отдельных Бога (или, если хотите, три ипостаси Бога, что в принципе, за реальным отсутствием единящей их «сущности», дела не меняет).

Между прочим, и весь пантеон индуистских богов тоже существенно един в Брахмане. И разница с христианским троическим концептом тут только в количестве «ипостасей». Да ещё в том, что в индуизме человек тоже единосущен Брахману.

Поэтому на практике люди стремятся, кто сознательно, кто неосознанно, так или иначе, свести множественность к какому-нибудь реальному (а не трансцедентно-предполагаемому) единству. Кто-то просто не вникает и не заморачивается, кому молиться, сколько там у кого ипостасей, и как, кто, и с кем там един. Бог есть, Он един. Всё. Троица при таком подходе не отрицается, но остаётся где-то «слева». Молятся просто «Богу», не «разбирая» ипостасей, хотя могут помолиться и отдельной ипостаси, но только одной. А если молятся «Троице», воспринимают Её как нечто «Одно», как «Троица-Она», а не «Они».

Кто-то, как Вячеслав, сводит всю множественность ко Христу. Я пробовал, у меня не получилось. Дело в том, что тут встаёт вопрос: только ли через Христа мы можем обращаться к Отцу? Если да, то всё логично.

«Иисус» есть конкретное и полноценное личное имя Бога. А сам Он есть конкретный и полноценный воплотившийся Бог. И если раньше можно было говорить о каких-то других вариантах, других способах богообщения и именования то после воплощения есть только один путь — через Христа. Во Христе. Хочешь позвать Бога (неважно кого именно — Отца, Сына, св. Духа), зови Христа. В Нём и Отец, и Святой Дух. После воплощения — всё через Него. В Нём сошлись все грани, все аспекты. Он — предел и завершение всего, и земной, и небесной «эволюции». Поэтому Бог для нас — это Христос. Другого нет. По крайней мере, для христиан. А возможно, что и для нехристиан тоже. Только Его и через Него мы можем познавать и контактировать с Богом. Напрямую, минуя Христа это невозможно.

И вот только при такой жёсткой позиции выглядит закономерностью подобное ограничение.

Но я с такой постановкой согласиться не могу. Потому что, как ни крути, а выходит, что Сын есть посредник, заменяющий (заслоняющий!) Отца (да и Духа тоже). Ведь с Отцом мы непосредственно «контактировать» не можем, так? А Иисус всё-таки не Отец, Он Сын, Он другой Бог. И если мы непосредственно общаемся лишь с ним, значит, по большому счёту доступ к другим ипостасям нам ограничен.

Однако, всё же Христос учил своих учеников молиться не Себе, а Отцу. И Он ведёт нас не к Себе, а к Нему через Себя. Он — Путь, но не цель. Такое понимание «через Христа» и «во Христе» мне кажется более правильным. Поэтому я скорее соглашусь с мнением Александра Дубровского: «В рамках вполне обычной христианской ортодоксии вполне можно говорить о том, что посредничество Христа не в том, что нужно молиться Ему, а в том, что молиться нужно во имя Его. Не вижу причин считать эту формулу какой-то уловкой «для немощных иудеев». Считаю это очень удачным и глубоким выражением… во имя — значит в Нем, ссылаясь на Его жертву, благодаря этой жертве».

2

В общем, было бы гораздо проще, если бы никакой «божественной множественности» не существовало. Но, увы, судя по всему, она есть. И дело даже не в том, что её необходимость вытекает из каких-либо теоретических выкладок (типа, «если бы Бога не было, его надо было бы придумать»). Это ещё ладно. Но о «божественной множественности», и именно троичной множественности, чётко и недвусмысленно говорится в Библии. И не только в Библии.

Об этом говорят нам и языческие «откровения». Например, в индуизме эта множественная троичность зафиксирована в известной индуистской троице Тримурти: Брахме, Вишну и Шиве. Брахма может быть вполне сопоставлен с Отцом (как личный бог-творец), Вишну со св. Духом (даже его имя переводится как «всепроникающий», «всеобъемлющий», что напрямую кореллирует с везде веющим Духом), а Шива («Благой», «милостивый», связан с мудростью и знанием, пожертвовал собой, выпив яд, чтобы спасти Вселенную) с Сыном.

В иудейской традиции, кроме Бога (Яхве) фигурируют и другие «феномены», которые, не являясь Богом, являются нетварными и божественными. Это «Дух Божий», в котором Яхве является и через который присутствует в мире; это «Слово Божие» (Мимра Яхве), которым был сотворён мир и человек.

Итак, определённо Бог, хотя и безусловно един, но всё же каким-то образом ещё и множественнен (и, возможно, троичен). Весь вопрос лишь в том, что собой представляет эта божественная множественность. Я считаю, что множественность богов допускать никак нельзя. Но множественность в Боге допускать можно, и нужно. А почему бы и нет? Уж это то точно единства Бога не нарушает, зато допускает наличие других «божественных феноменов».

Правда, в ортодоксальном богословии считается, что Бог абсолютно прост. При этом, однако допускается наличие «божественных энергий», и, более того, трёх божественных личностей. Считается, что всё это ничуть не нарушают простоту Бога.

Для меня «теория трёх божественных личностей» есть множественность богов, или, попросту говоря, многобожие. Теорию «Сущность-божественные энергии» я считаю не совсем удачным вариантом множественности в Боге. С первой, как с нарушающей божественное единство, я согласиться не могу. Вторая теория для меня приемлема, но нуждается в корректировке. Но ни в первом, ни втором случае простоты я не вижу.

3

Я не могу признать Бога как Троицу, состоящую из трёх божественных «Я». Бог, это не три субъекта, а один. Божественный Атман один, а Бог един. Но это единство не противоречит наличию у Него множественности, «многомодусности».

Если проводить какие-то сопоставления с ортодоксальной Троицей, то можно считать, что Атман, божественное «Я», есть Отец, то есть первая ипостась. Прану, Дух, «душу Бога», «дыхание Атмана», можно считать аналогом св. Духа, то есть второй ипостасью.

Личностен ли Дух-Прана? Это очень сложный момент. Само «Я» безусловно личностно, но «личность» есть категория, относящаяся к плану (уровню) Духа, а не самого Атмана. То есть личность есть часть «души Бога» а не самого Атмана. Личность не есть Сам Атман.

Даже в ортодоксальном богословии св. Дух считается самой таинственной, сокровенной ипостасью, даже не имеющей своего личного имени. И у меня складывается ощущение, что св. Дух не личность. Не производит Он впечатления личности. Он никогда не действует «от себя», Его всё время «посылают», «дают». Отсутствие имени и мои впечатления, конечно, не аргументы, но тем не менее…

Христос

1

Мессия… Мне кажется, что до конца постичь, что Он есть, нам так же невозможно, как невозможно до конца постичь, что есть Бог. Христос изначально был «соблазном» и «безумием» для людей, Камнем преткновения, через который не все смогли перешагнуть. О Нём спорили и спорят до сих пор. Уже при Его жизни возникли недоумения, которые терзают людей и по сей день: кто Он? Бог? Человек? Спаситель? Неудачливый проповедник? Я, конечно, тоже не смогу дать однозначные ответы на эти вопросы. Я хочу лишь показать, каким я вижу Христа…

Мой образ Христа таков. Он не есть человек. И Он не есть Бог. Он является кем-то особенным, уникальным, единственным в своём роде, единственным в своём классе «живых существ». Этот «класс» представлен лишь одной личностью — Им Самим. Христос «единородно» причастен как человечеству, так и божеству. Он непосредственно причастен божественному естеству, и поэтому Он есть Сын Божий. Он непосредственно причастен человеческому естеству, и поэтому Он есть Сын Человеческий. Он — Сын человеческий и Сын Божий одновременно. Он не Бог и не человек. Он и Бог, и человек. Он Богочеловек.

Нельзя видеть в Христе лишь обожествлённого человека. Нельзя видеть в Нём лишь воплощённого Бога. Всё это не ново. И человеческих обожествлений, и божественных воплощений полно в истории религий. На этом нужно акцентировать внимание: Христос есть именно что не Бог, и не человек, а Богочеловек. То есть, Он отличается и от «чистого» Бога, и от «чистого» человека. Сочетаясь, эти два начала (нетварное божественное и тварное человеческое) породили третье, качественно отличающееся как от первого, так и от второго, но обладающее обоими, сочетающее их в себе.

Вот как-то так. На мой взгляд, такое понимание Христа должно являться «базовым» для всех людей, считающих себя христианами. Если человек видит Его таким, верит в Него именно как в Богочеловека (а не в человека или в Бога), то он христианин.

Что ещё мы можем сказать о Христе?

Божественным Христа делает его зачатие от св. Духа. В моём понимании, это означает, что Сам Отец (в Духе) «зачал» Его. Именно поэтому Он и «Отец».

Христос, несомненно, обладает обычным человеческим телом, и обычной человеческой душой. Это делает Его полноценно человеческим существом, «Сыном человеческим».

Господь содержит в Себе божественный Дух (Прану). Это означает, что Он каким-то непостижимым образом имеет Дух (а значит и Отца) внутри Себя, что Дух имманентен Ему. В процессе «зачатия» Дыхание божественного Атмана стало и Его Дыханием тоже. Прана, до этого момента принадлежащая всецело Отцу, стала теперь не только отцовской, но и Христа. Дух Отца стал «ихним», стал общим для них обоих. И это делает Христа полноценно божественным, «Сыном Божиим». Как мы через тело непосредственно связаны с миром, воспринимая его своими органами чувств, так Господь через Свою божественную Прану как-то непосредственно связан с Отцом.

Ну и главное: у Христа уникальное богочеловеческое «Я», отличающееся как от божественного Атмана, так и от человеческой ахамкары. Но здесь наступает предел моему богомыслию. Когда я вдумываюсь в это, пытаясь понять эту богочеловечность, мой мозг начинает плавится. Я не могу себе представить, каково это: одновременно принадлежать двум мирам, тварному и нетварному, как это возможно, осознавать себя одновременно причастным и Богу, и человеку.

2

То, что Господь есть Богочеловек — это единственное, что можно сказать о Нём определённо. Больше нам ничего о Нём точно не известно. И целью всех богословских теорий (в том числе и моей), созданных вплоть до сегодняшнего дня, является одно: попытаться как-то объяснить эту богочеловеческую уникальность Христа: понять, в чём она заключается, как возможна Его одновременная божественность и человечность, зачем она вообще была нужна.

Поскольку ничего доказать тут невозможно, теорий может быть много, всяких и разных. Главное, чтобы ни в одной из них не было нарушено основное, «базовое» условие: как бы мы не «объясняли» Христа, не должна нарушаться Его богочеловеческая природа, не должна отвергаться Его непосредственная причастность как божеству, так и человечеству. Нарушение этого условия автоматически выводит теорию из «поля христианского дискурса». Объясняться же эта «двуприродность» может по разному.

Ортодоксальную теорию, утверждающую, что Христос есть воплощённая ипостась Бога-Троицы, я рассматриваю лишь как одно из возможных объяснений. Она имеет право на существование не больше и не меньше других. Мне эта теория видится неудачной, поскольку в ней нарушается «базовое условие» (богочеловечность Христа): ипостась Сына является «полноценным Богом», личностным божественным «Я». А это значит, что воплощённый во Христе Сын является не Богочеловеком, а воплощённым Богом (в моём понимании — одним из Богов).

Вообще, мне кажется, что ипостась Сына и была «придумана» только затем, чтобы таким образом объяснить божественность Христа. Если мы будем придерживаться хронологии, то увидим, что триипостасная теория родилась во время ожесточённых христологических споров, когда Византийская Церковь пыталась определиться в своём понимании природы Христа, отстаивая Его нетварное божество.

Я не уверен, что для реализации божьих замыслов было необходимо воплощение Самого Бога. Почему мы так решили? Ведь изначально воплощение вообще не планировалось. Задуманное обожение человека должно было совершиться в Адаме. И лишь его трагическая оплошность помешала этому осуществиться. То есть воплощение Бога как таковое и не было нужно. (Правда, есть теория, гласящая, что даже если бы не было падения, Сын всё равно должен был вочеловечиться, иначе не произошло бы обожения человеческой природы).

Христос есть новый Адам, он сделал то, чего не сделал Адам. Обязательно ли для этого Его надо было «делать» Богом? Может быть, Богочеловека для выполнения Его миссии необходимо и достаточно?

Послесловие

Что ж, на сей раз сказано всё, или почти всё, и пора закругляться. В общем и целом, работа моя получилась очень неоднозначной, и местами сомнительной даже для меня самого. Я сознаю, что многие высказанные в ней мысли опасно балансируют где-то на самой на грани христианства. А может, даже и переступают эту грань. Я всё это прекрасно понимаю, и поэтому, прошу не обзывать меня еретиком, и не швырять камни в мою умную голову: всё нижеизложенное представляет собой не окончательные утверждения, а «рабочую гипотезу». Под некоторыми своими «рискованными» предположениями я и сам пока не готов подписаться.

У кого-то может сложиться впечатление, что я пытаюсь то ли христианизировать индуизм, то ли индуизировать христианство, то ли «родить» некий диковинный индусско-христианский гибрид. Это не так. Я это делаю, во-первых, потому, что мои субъективно-личные симпатии принадлежат индо-китайскому востоку. А во-вторых, я считаю, что у греческой философии не должно быть монополии в христианском богословии. Не только из неё могут и должны сегодня черпать материал для выражения христианского мировоззрения современные богословы (как «профессионалы-академики», так и «любители»). «Патента на христианство» грекам ведь никто не выдавал. В одной из своих статей я упоминал о том, что «в последнее время подумываю, а не позаимствовать ли мне кое-что из индуистского понятийного аппарата и терминологии, приспособив, конечно, под свои христианские нужды. Ведь в этом смысле индуизм просто находка: во-первых, там уже всё придумано задолго до нас, нужно просто суметь найти то, что тебе надо. А во-вторых, индуистские разработки гораздо ближе и понятнее нам по духу, чего нельзя сказать о творческих плодах «инопланетного китайского гения». Всё-таки и мы, и индусы в прошлом были когда-то одними и теми же ариями (если наука нам не врёт). А потому имеем больше точек соприкосновения». Теперь представляется случай попробовать это осуществить.

Да, мне удобнее и интереснее мыслить в категориях «атмана», «брахмана», «праны», и проч., и я это делаю. Но так я могу только думать. По большому счёт всё это не больше, чем просто интеллектуально-лингвистически игры. Но когда они заканчиваются, когда я предстаю пред Ним, то все эти «Шакти» и «Сангхи» моментально осыпаются с ветвей моего разума, как пожелтевшая осенняя листва под внезапным порывом пронизывающего ветра. И остаётся только «Отче»; только «Боже»; только «Христе». Общаться с Богом, обращаться к Нему, молиться Ему я могу только так…

Обсуждение

  1. Владимир Соколов
    Неофит
    Ортодокс
    Предупреждений - 0
    Владимир Соколов
    Модератор
    09:14 30.01.2016 / Мнений — 26 / Статей — 11 / Дата регистрации — 14.01.2016

    Так хочется по старинке написать мегакомментарий.  Да Вячеслав не поймет)) Придется блог-пост оформлять. 


  2. Экс-Фарисей
    Ортодокс
    Предупреждений - 0
    Мирослав Твердич
    Модератор
    09:26 30.01.2016 / Мнений — 178 / Статей — 17 / Дата регистрации — 10.10.2015

    Отлично. 🙂

  3. Владимир Соколов
    Неофит
    Ортодокс
    Предупреждений - 0
    Владимир Соколов
    Модератор
    10:01 30.01.2016 / Мнений — 26 / Статей — 11 / Дата регистрации — 14.01.2016

    Вот.  Чтоб не быть голословным оставлю ссылку  Прошлое – благодатная среда для Бога

  4. Вячеслав Король
    Старец
    Ортодокс
    Предупреждений - 0
    Вячеслав Король
    Администратор
    12:00 30.01.2016 / Мнений — 1123 / Статей — 365 / Дата регистрации — 23.09.2013

    Я пойму мегакоммент)) Просто если у мегакоммента есть ценность сама по себе, то лучше в блог-пост. А если это действительно всего лишь критика чужой мысли, жёстко к ней предметно и смыслом привязанная, то пусть будет мегакомментарий. Особенно, если вы цитируете автора в процессе критики. Это вы сами почувствуете когда и как оформляться..

  5. Вячеслав Король
    Старец
    Ортодокс
    Предупреждений - 0
    Вячеслав Король
    Администратор
    12:09 30.01.2016 / Мнений — 1123 / Статей — 365 / Дата регистрации — 23.09.2013

    Зачётная статья. Лично я за счет Мирослава существенно обогатился. Не вникая в индуизм и конфуцианство, я получил ориентиры и категории из этих религий. И увидел, что истина – одна, но есть более и менее замутненные её редукции в человеческие традиции и философско-религиозные системы.

  6. Егор Topской
    Предупреждений - 0
    Юрий
    Гость
    14:26 30.01.2016

    Возможно, буквальное понимание, про веру с горчичное зерно , не есть верное. Сказано, что Царство Небесное подобно зерну горчичному, которое взял человек и посеял. И тогда получается, что “вера с горчичное зерно” – это вера тех, кто УЖЕ вступил в Царство (пусть и едва ступив в него).


  7. Экс-Фарисей
    Ортодокс
    Предупреждений - 0
    Мирослав Твердич
    Модератор
    16:42 30.01.2016 / Мнений — 178 / Статей — 17 / Дата регистрации — 10.10.2015

    Мне кажется, и там, и там, этим показывается малость размера. Насколько я помню, горчичное зерно очень маленькое? В случае с верой имеется в виду, что даже такой мизер живой, реальной веры будет творить чудеса. Я так понимаю. А если сопоставлять, как вы… ну что ж, тут, наверное, нет противоречия. Кто так верит, тот, наверное, и в Царство, можно сказать, вступил. 🙂

  8. Егор Topской
    Предупреждений - 0
    Юрий
    Гость
    16:53 30.01.2016

    Вы правы, это зерно – сущая малость. Но малость и там и там – весьма разная ))
    Нередко от знакомых слышу – какой же должна быть эта вера? И если и такая малость как горчичное зернышко (не больше икринки) — горы двигает, то что с нами не так? У нас что, вообще нет веры? Потому что, полагаю, что воспринимать горы как метафору (страсти и тд) данном случае бессмысленно. Нет, все очень конкретно: горы и есть горы. Скажи горе сей и ввергнется в море, а не в какое-то метафорическо толкование ))
    И в случае такого недоумения ответ, предложенный мной, представляется мне более исчерпывающим. Ведь меньий в Царствии – больше Иоанна, и вера его больше…
    У вопрошающих этих нет веры Царствия.


  9. Предупреждений - 0
    Сергей
    Гость
    20:58 06.04.2016

    Прочитал эту статью и понял, что человек так ничего и не понял о Боге.Веру какую-то он имеет но какую не знает сам.Бога нельзя измерить ни шнурком ни разумом,поэтому и приходится просто верить.Но не верить в человеческие размышления,а верить по Слову Самого Бога.И не нужна нам никакая даосская или еще какая нибудь религия.Потому что Библия есть единственный и неоспоримый источник познания Бога и становления человека как дитяти Божьего.То что Бог есть начало всего и что Он был всегда есть Истина.Еще Само Слово говорит,что Оно единственный Источник который осуждает помышления и поступки человека.А теперь по сути написанного Мирославом:Ну во первых мы не можем понять того как Бог может быть одновременно Духовным и плотским.Размышляя люди многие поломали свои мозги до безумия,некоторые просто тронулись умом.Почему не можем?Да потому чтог Сам бог через своего Апостола Павла написал что это ВЕЛИКАЯ БЛАГОЧЕСТИЯ ТАЙНА.А раз это тайна и нам она не открыта.то мы должны просто верить тому что БОГ ЯВИЛСЯ ВО ПЛОТИ.В этом есть разумность и мудрость одновременно.Я ,напрмер,разговариваю с Моим Богом ЯХВЕ.а теперь ИИСУС просто как с родным Отцом,своими словами и знаю что это есть самая лучшая молитва.Не буду долго разглагольствовать,может и нельзя у вас?Сам Мирослав так и на написал какого он знает Бога:многоликого брахмана или ЕДИНОГО ТВОРЦА БОГА (ЯХВЕ)ИИСУС ХРИСТОС.


  10. Экс-Фарисей
    Ортодокс
    Предупреждений - 0
    Мирослав Твердич
    Модератор
    20:23 07.04.2016 / Мнений — 178 / Статей — 17 / Дата регистрации — 10.10.2015

    Как я люблю конструктивную критику, вы просто не можете себе представить! Как я радуюсь, когда приходит действительно знающий человек, и  за один абзац всё раскладывает по полочкам. Побольше бы таких УЧИТЕЛЕЙ как вы, Сергей, нам Вячеславом поменьше бы работы было.

    Не, честно. Мне стало стыдно за свою недалёкость. Где были мои глаза? Почему я сразу не понял, что Бога нельзя измерить шнурком, и что НАМ не нужны никакие даосские религии?

    Пойду, и всё перепишу. Вы не уходите никуда. Я быстро. 🙂


  11. Предупреждений - 0
    Александр Лыжин
    Гость
    10:35 28.07.2018

    Спасибо за статью!

Комментировать

Цитировать


(required)

(required)


шесть − = 1