Иллюзия одиночества

29.01.2017 / / Мнений — 0 / Статей — 4 / Дата регистрации — 17.12.2016

«Беседуют двое мужчин. В окно кафе видна стена монастыря.

— Вот почему есть храмы для христиан православных, для католиков, для адвентистов, почему есть мечети, синагоги, а нет места для просто верующих?

— Как это «просто верующих»?

— Так. Для верующих в Бога. Без определенной религии. Без икон, без обрядов, без определенных слов, которые нужно непременно произносить тогда-то и так-то.

— То есть, и без литургии?

— Ну конечно. Разве сердце само не знает, в чем его нужда, в чем благодарность Богу?

— Понимаю. Но что тогда будет в этом храме? Икон не будет. Песнопений не будет. Ритуалов не будет.

— Не знаю. Музыка какая-нибудь. Картины природы. Лица.

— А зачем вообще приходить в какое-то место, чтобы молиться, если Бог повсюду? Почему нельзя пойти в лес или просто погулять по городу? Зачем нужно оказываться там вместе с другими людьми?
— Наверное, всегда лучше чувствуешь себя среди своих.

— Если будет какой-то круг людей, уже будут какие-то правила, обыкновения, а значит, религия.

— Самые простые правила. Подходящие для кого угодно.

— Но чем это будет лучше традиции, уходящей в глубь веков, отполированной и углубленной миллионами прикосновений?

— Почему именно этой традиции, а не другой? Почему православной, а не католической?

— А тебе хочется и того, и другого?

— По сути, я не хочу своим единственным выбором ставить крест на всех остальных. Пусть даже никто и не обидится.

— Тогда… Тогда ты можешь быть всюду гостем.

— Да, так и будет. Буду своим среди природы и гостем среди людей…»

osipchukПо сути, куда бы мы не пришли в поисках Бога ( и кем бы для этого не попытались стать), мы идём с надеждой, что изменившись по правилам “этого дома”…. почувствуем себя в нём…как рыба в воде. К сожалению, пытаясь жить по правилам того или иного “дома”, чувствуешь себя птичкой в клетке.
Из правил – собственных интерпретаций заповедей – и строят клетки, внушая, что это и есть свобода. В этих мелочах утопаешь, эту скрупулёзность поощряют – что-то вроде духовной гигиены. Окружаешь себя тысячью “духовных” мелочей ( тому на ногу наступил, утром не помолился, затаил в сердце злобу и т.п.) и скатываешься в примитивизм вместо простоты Христовой.

В общине происходит ощущение, что ты уже все свершил, Бога держишь за бороду, пасторы и учителя в ответе за тебя (за твою веру, духовность, спасение). Такая себе комфортность болота, присыпляющая бдительность. Тут есть иллюзия, что забежать в узкие ворота Царства можно толпой, прикрываясь спинами других.

Религия толпы извратила христианство. Потому что гораздо проще быть в толпе, развиваться же как самостоятельная духовная личность очень сложно. Человек, продолжающий ощущать себя в общине, всегда рассчитывает на то, что рядом с ним (а также – позади или впереди него) – находятся какие-то другие люди. И что он не обязан – сейчас, немедленно, а главное – лично – ответить на все вопросы, разрешить все неразрешимые противоречия , Он знает, что его поймут те самые другие люди , которые разделяют с ним ответственность за общее вероучение и общий духовный опыт.

Внеконфессионалу негде и голову прислонить. Такое состояние заставляет бодрствовать, поскольку не прикроешься могучей спиной других членов общины, а постоянно, глотая пыль дорог, двигаешься к цели.

А как же церковь? Человек становится невестой Иисуса, церковью, когда находит своего Жениха, лично с ним общается посредством веры. И то, что в своем путешествии ему приходиться опираться на себя, а не на других людей – делает его путь интенсивнее, круче, опаснее по –земному. Но это избавление от комфортного пребывания в общине заставляет его проходить те мили дорог, что человек-конфессионал остается где-то позади, нежась в одобрении и поддержке других людей.

Конфессионал спасается от одиночества в общине. Но на самом деле тот, кто физически сам, не одинок.
Бытует такая точка зрения, что людям нужны другие люди, одиночество ужасно, Бог создал человека для общины. Но за такое неодиночество нужно заплатить высокую цену, иногда даже Истину обменять на компромиссную конфессиональную «истину».

Самая страшная иллюзия из всех существующих в мире иллюзий – это иллюзия одиночества. Преследует она обычно фатальных эгоистов, жлобов, патологических лентяев, гордецов, нездоровых людей, катастрофически твердолобых и каменносердечных, как начальное средство лечения от всех этих недугов.

Святые, даже когда их оставляют все, не несущие их святости, не остаются одинокими. С ними всегда Отец.

Мир наполнен не только видимым! И ищущий находит. Просто путь к объединению лежит через долину общения, вход в которую и движение в которой всегда жертва говорением ради слышания, даже самого себя, правильнее, даже в самом себе.

Можно ничего не написать, не произвести, не сказать, но быть при этом в глубочайшем молитвенном общении со всем мирозданием. Человек не рождается одиноким и не уходит одиноким.

Но как же церковь? Часто христиане в общине называют этим словам тех людей, рядом с которыми сидят на лавочке в храме. Но церковь – это духовное единение с Женихом, которое к физическому общению верующих не имеет отношения.

У Бога нет внуков. Христиане дети Бога Живого через веру в Иисуса Христа. Эти слова уже несколько замылились, хотя не потеряли силы. Но здесь стоит добавить нечто более важное. Опыт. Он состоит в том, что христианин лично знает Иисуса Христа Воскресшего. Он с ним общается. И в это – опыт, который проверяем. Только через личный опыт становишься церковью.

(Использованы материалы из одного форума)

Обсуждение


  1. Предупреждений - 0
    Гость
    21:02 01.02.2017

    Если мы сами определили себя как плоть, то и нечего ждать от нас самих пониманию жизни как способа бытия чего-то ещё, отличающегося от плоти как простого набора генетических программ. Но жизнь как процесс не есть обмен веществ. Даже если мы не задумываемся вообще о самом существовании генетической библиотеки (и библиотекарей), то ценность самобытия как жизни нашего «Я» не суть поглощение продуктов питания и выделение отходов. Для этого хорошо приспособлены и черви.

    Очевидно, что за самой кажущейся простотой следования инстинктам стоит избыточная сложность самой «конструкции» по имени человек. Наличие мозга и воображения заставляет нас вести поиск всех возможных состояний, способных продлить в вечность само наше бытие, но для этого просто необходимо представить себе, что такое вообще возможно. Сама тленность плоти подвигает нас к тому, чтобы НЕ отождествлять себя с ней. Плоть – «МОЯ», но она не есть «Я». Это очень простой вывод следует из видимого изменения со временем самой нашей телесной «одежды» при постоянном осознании себя как «содержания», но не «формы». Да и сам исторический процесс видится нам не как перистальтика, но как движение, имеющее некоторую направленность. Цели и смысл этого «движения» определяем мы сами в зависимости от того, какую цель преследует наше собственное существование.

    Если «Я» не есть тело, но суть сознание, то, очевидно «родители» мои видят во мне нечто способное не только к «обмену веществ», но и к некоторым ОТНОШЕНИЯМ, лежащим вне сферы материального. Эти отношения основаны (скорее всего) на неких смыслах, которые первичны по отношению ко всему физическому. Материя – суть продукт сознания, а не наоборот. Физика мира сложна, но эта сложность демонстрирует скорее не свойства материи, но возможности того сознания, которое стоит за замыслом и творением мира как системы отношений, поддающихся математическому атрибутированию.

    Зачем же мы, «человеки», нужны этому сознанию и обладает ли ОНО свойствами личности – самосознанием и волей? Ответ на этот вопрос может дать не «игра» ума, платформой для которой служат закономерности материи и энергии, но, скорее, способность человеческого ума обрабатывать и хранить информацию, основанную на фантазиях и мечтах. Сказочный мир кажется нам таинственным, но реальным, а мечты имеют способность воплощаться в жизнь. Желание жить и не умирать никогда, свойственное всему живому, но одного желания мало для мыслящего самого себя сознания мало. Вначале нужно определиться с самим собой, а потом и с понятием «жизнь» как таковая.

    Человек как образ и подобие Высшего сознания определён понятиями идеалистическими, религиозными и не запечатлён в них не как плоть (тело материальное), но как «душа живая», имеющая жизнь в самой себе тогда и постольку, поскольку жив в ней образ мыслей и подобие отношений ЭТОГО сознания, когда источником жизни служит нечто вечное и неизменное. Единственное, что у меня никто не сможет отобрать, так это моё знание Истины и Бога … Но я сам смогу потерять их, если так и не стану таким человеком, каким Бог задумал меня в вечности своей!

    Маленькая девочка (глас ребёнка – глас Божий) легко и свободно объяснила мне, что мир создан Богом как дом для человека, чтобы человек построил дом для Бога в сердце своём (сознании). Воплощение Бога Словом Своим дало нам знание Истины как словесной формулы: Бог есть Любовь, но САМУ Любовь Бога мы можем пережить и узнать, как отношение только в личном акте Богооткровения, Рождения Слова Истины в душе нашей от Духа Святого, которое даётся нам по ВЕРЕ в Него.

    И только тогда начнётся реальная, Богоподобная жизнь как бытие Истины в нашей душе. Видение греха в себе самом даёт нам от него свободу, а обретённые цели и смысл бытия – надежду на вечность и помощь Божью в реализации главной общечеловеческой ценности – ЖИЗНИ, как способе существования Истины.

Комментировать

Цитировать


(required)

(required)


7 + = восемь