Суть рабочих категорий

Решил не копировать материал из статьи «Категории и терминология теофании, евхаристии и троичности», а написать на ново, в русле осмысленного и принятого за последние два года. Итак, суть категорий, которые закрепились после Григория Паламы в восточном богословии, с учетом современной философской терминологии из области феноменологии.

Природа – разделяет сущности на конечные и бесконечные, совершенные и несовершенные. Существует всего два вида: тварная и нетварная.

Нетварная природа у Бога – представляет собой чистый дух, без какой либо формы, без начала и конца вне времени и пространства, без соединения с тварным миром. Чистый дух имеет в основе нетварную духовную субстанцию.

Тварная природа – у всего созданного Богом: на небе и на земле. Соответственно, у тварной природы есть два вида субстанции: небесная и земная. Небесная субстанция определяет бытие сущностей, имеющих начало, но не имеющих конца в рамках временных представлений о бытии. Речь идет об ангельском эоне, поднебесье (астрале) и духовных сущностях всего живого (душах), потенциально способных к вечности. Субстанция материального мира определяет форму существования материи (волна или частица). Сущности материального мира имеют начало и конец во времени.

Есть и другое видение тварных субстанций, с которым я могу согласиться, не смотря на сходство с вульгарным материализмом. Субстанция может быть строительным материалом тварных миров на самом базовом уровне, когда на вопрос из чего состоят фундаментальные частицы или энергия ангелов можно ответить, соответственно, из субстанции материального и небесного мира.

Во времена Иоанна Дамаскина о кварках, глюонах, лептонах, фотонах и бозонах, как о фундаментальных частицах материи не было известно ничего. Сейчас, если убрать эти частицы материи и переноса взаимодействий по аналогии с феноменалистическим выводом Василия Великого, то получим великое Ничто. Таким образом, то, из чего состоит материя, и есть субстанция, а то, как мы видим вещь, и есть сама вещь, без какой-то внутренней сущности. (Выделенное – сказано Василием Великим в моей обработке)

Уровень развития физики описал развитие материи и энергии от 10 в -40 степени секунды от небытия до настоящего момента. Потому фундаментальные частицы можно спокойно назвать субстанцией нашего тварного мира – Вселенной. В крайнем случае, то, из чего они состоят, если такое утверждение вообще имеет смысл. Скорее всего, что упомянутые частицы и есть субстанция материального мира, или субстрат (у греков), или субсистенция (у католиков). И вульгарный материализм тут может быть вообще не при чём. Это учет развития науки в представлениях о субстрате и смысловой нагрузке категорий от греческих философов до современного состояния «Стандартной модели».

Сущность — что-то типа внутренней конституции вещи, явления, живой твари и даже Бога. По другому, сущность — смысл данной вещи, то, что она есть сама по себе, в отличие от всех других вещей и в отличие от изменчивых, под влиянием тех или иных обстоятельств, состояний вещи. Базовый уровень очень часто молекулярный. Глубже – это уже уровень субстанции. Если вода может быть и водой, и льдом, и паром, то строение молекулы от этого не меняется. Но если разложить на водород и кислород, то сущность изменится.

Сущности есть разные: человек, дерево, кот, стул, обувь. Сущность определяется существенными или сущностными свойствами, когда точно разделяется, например, лошадь и жираф. А бывают и индивидуальные особенности, не изменяющие сущность той же лошади: масть, порченный зуб, шрам, широта скул, т.е., то, что отличает одну лошадь от другой в рамках лошадиной сущности. Акциденции могут повторяться у разных лошадей. Конкретный набор акциденций у конкретной сущности определяет индивидуальность.

Ипостась – набор сущностных свойств и акциденций присущий конкретной сущности в их целостности. Если целостность набора сущностных свойств нарушена критически, то исходная ипостась исчезнет. Ипостась – это то, чем для хозяина определяется лошадь Зорька, кот Мурзик или журнальный столик. Или друг Сергей. Если зарезать лошадь или сломать стол, то получатся труп лошади и обломки стола. Исходная ипостась исчезла. Хотя некоторые, а иногда и почти все сущностные свойства и акциденции, могли остаться в наличии. Но лошадь не оживает, а стол не позволяет поставить на него кофе и положить газету, даже если все его части приложить к местам разломов и сложить осколки стекла или пластика. Получается, ипостась как бы замыкает на себе все свойства предмета или вещи при сохранении целостности.

Если в отношении журнального столика разобрать уровни, то его сущностью является стол. Он может иметь стеклянное покрытие, стальные ножки, столешницу овальной формы – это все акциденции. Но, в целом, пока его не сломали или не разобрали, это будет журнальный столик.

Ипостасью разумных существ является их личность. В отношении человека уровни таковы: сущность отвечает на вопрос «что?» – человек; акциденции отвечают на вопросы «как?», «какой?»; ипостась/личность отвечает на вопрос «кто?». Личность не просто замыкает на себе свойства в целостности, а владеет свойствами своей сущности, и даже может их изменять, как индивидуальные, так и некоторые сущностные. Личность разумной твари изменчива, и совершенствуется в течение всей жизни, постепенно увеличивая меру владения своими свойствами, добиваясь, при желании, их определенного качества.

Если личность в состоянии менять сущностные и вторичные свойства, то в отношениях между самой вещью (телом и душой – сущностью человека, по Аристотелю – природой) и её ипостасью, применимо слово «управление». Т.е., человеческая ипостась, личность, управляет своей сущностью. У Бога Ипостаси реализуют божественность через свою сущность, которую мы ощущаем в действии благодати. Вопрос «когда?» в отношении проявления трех Ипостасей Абсолюта не имеет смысла, так как бытие Бога вневременно в принципе, и Бог уже был до времени. Человек привык мыслить категориями «до» и «после», пытаясь разобраться, когда выделился Дух и родился Сын. А раз родился, значит было время, когда Его не было. И тут ловушка. Но времени то не было. Может, процесс рождения бесконечен, а процесс исхождения Духа такой же. Я избегаю об этом рассуждать в отношении Бога, хотя могу представить длительность ангельского эона вне измерения длины длительности. Бог же и вне длительности. Потому нужно просто принять то, что у Божественной сущности есть три активных Субъекта, действующих в абсолютном согласии между Собой, но вполне автономно, проявляя свою активность в отношении мира по-разному. Это три Личности, которые, в силу абсолютного совершенства не входят в противоречие в управлении божественной Сущностью.

Ну а теперь пришло время разобраться с воипостазированием, когда божественная Личность осуществляет управление божественной сущностью и сущностью человека, соединяет сущности тварной и нетварной природы.

Воипостазирование и теофания

Воипостазирование – присоединение, введение в область влияния ипостаси, ранее не относящейся к этой ней сущности/природы.

При чем, если субъект управляет другим субъектом или вещью, то это не воипостазирование, как я сам раньше ошибочно думал. Если я сажусь на велосипед или в автомобиль, и еду, то я управляю автомобилем, но не воипостазирую его в себя. Автомобиль остается автомобилем, а человек – человеком. Я не знаю сущности вещей, сущности металлов, потому не могу воипостазировать ничего и никого. А вот Сын Божий воипостазировался в человеческую сущность в рамках боговоплощения, теофании.

Теофания — непосредственное явление божества в различных религиях. Может относиться, и к просто явлению, и к воплощению. В христианском контексте, преимущественно используется в отношении Боговоплощения Бога Слова от Духа Святого и Девы Марии.

Каков механизм на уровне физиология, вам никто не скажет. Однако, вот что можно сказать с основанием. В Иисусе одна личность Сына, которая осваивалась в человеческой сущности по закону, который сам Бог и создал, увеличивая степень владения сущностью. Но поскольку Его Личность была ипостасью двум сущностям, к Нему постепенно приходило понимание того, кто Он, и зачем Он на земле. Это подтверждается и фразами евангелистов о событиях на Пасху в выражениях типа: «Когда Ему все стало открыто».

В Иисусе не две личности, человеческая и Божественная, ибо пришлось бы признать, что Божественная нарушает свободу человеческой. Когда вселяется в обычного человека Дух Святой, по свойству человеческой природы как духовного сосуда, то это не воипостазирование, ибо Дух может приходить и уходить, не соединяясь с человеческой природой. Это как в случае с автомобилем человека, порулил, и потом оставил. При этом Дух, приходит по желанию и молитвам человека, а не Сам по себе. Ибо Бог никого насильно не спасает, и не повелевал личностью Иисуса, заставляя ее страдать. Нет. Это все происходило с Божественной Личностью в человеческом теле.

Человеческой личностью, которая бы соединилась с Божественной сущностью, личность Иисуса не могла бы быть по множеству факторов. Человек, не знает сути вещей, не может в себя воипостазировать даже никакую из конечных вещей, не говоря уже о безконечной и безначальной сущности Бога. Да и сам Христос неоднократно указывал о том, что Он был прежде Авраама. И за это утверждение на Него подняли камни. Значит, личность не с нуля в человеческом теле, не просто Оплодотворение Девы Духом, а вселение Личности, Которую Отец в крещении назвал Сыном возлюбленным (в еврейской традиции – единственный). И эта Личность была с Отцом до сотворения мира.

Потому, отвечая на вопросы, ради ответов на которые я вернулся к теме категорий, Иисус Христос – это Сын Божий, через Духа, и Сын Человеческий, через Деву. В Нём соединены одной Божественной Личностью Логоса тварная и нетварная природа, сущность Бога и человека. И это произошло через естественное развитие Божественной личности в человеческом теле от зачатия и рождения. Другой личности в Иисусе не может быть.

Некоторые богословы «клеят» воипостазирование к хлебу и вину в ритуале Хлебопреломления, и с этим надо разобраться.

Воипостазирование или воплощение

Во Христе на Небе сейчас есть тело, душа и жизненная сила человеческой совершенной сущности от ипостасного соединения с Божественной Сущностью через Сына. Жизненная сила – это то, что отличает живую плоть от мертвой. Господь может поделится своей жизненной силой с людьми. А для этого мы должны принять вовнутрь и усвоить то, что связано в человеческом теле с жизненной силой: плоть и кровь. Т.е., вино и хлеб реально не становятся телом и кровью, но благодаря появлению в них Жизни от Иисуса, они становятся таковыми по благодати. Вкушая их, мы соединяемся с совершенной Жизнью Иисуса, образуя единую плоть по типу единой плоти мужа и жены. И недаром Церковь называют Невестой, а Христа – женихом. Ибо у них единая плоть через жизнь Христа во всех верных. Потому, воплощение, более совпадает со здравым смыслом Писания, чем воипостазирование. Ведь мы на материальных носителях земного происхождения получаем Божественное, не меняя формы существования вина и хлеба.

А если Христос воипостазирует в себя все дары? Т.е., вещество в чаше становится принадлежащим неразлучно с Ипостасью Сына. Что в итоге? Некоторые диаконы и многие настоятели потребляют причастия за жизнь гораздо больше собственного веса. Т.е., не все встраивается в человека. Значительная часть попадает в унитаз в отхожих местах. Мне этот момент уже не нравится. Причем, сильно. Но дело не только в в подобном неприятии.

Мне еще не понятен момент, зачем соединять через ипостась элементы тварной неразумной природы в виде еды с сущностью Бога, причем навсегда. Ведь «земля сгорит и все дела на ней». Одно дело соединиться один раз с человеческой природой, а совсем другое потом еще с миллионами килограммов хлеба и миллионами декалитров вина, значительная часть из которых окажется в сточных водах и сгнивших трупах на кладбищах. И так и должно быть, если признать воипостазирование даров по-халкидонской формуле по четырём апофатическим принципам. Та же проблема есть при преложении и пресуществлении.  Потому, лично я выбираю воплощение и подачу жизненной силы через хлеб и вино, которые выступают в таком случае телом и кровью Господа.

Как-то так.

Все рассуждения выше можно было бы сказать, что не стоят выеденного яйца, поскольку это человеческие мудрования о Боге и его возможностях со стороны твари, да ещё и человеческими категориями. Но, мне кажется, что гений Платона и Аристотеля, и последующих философов и богословов подпитывался и направлялся тем же Духом, чтобы привести людей к более-менее релевантному описанию предмета своей веры в проработанных категориях. Потому, для ищущего верующего, понимание воплощения облегчает вмещение евангельских истин, которые иногда кажутся неприемлемыми и невероятными для здравого смысла. А реальное положение вещей и влияние Бога на тварь сможет прояснить только сам Бог, через Своего Духа. Когда человек созреет и призовёт.